Михаил Цыганов (m_tsyganov) wrote,
Михаил Цыганов
m_tsyganov

Categories:

Мой Бали-5а: КРАСОТА И БРАК ПО-БАЛИЙСКИ, …

…а также ВПЕРВЫЕ ПОЯВЛЯЕТСЯ ЭТОТ ВСЕМОГУЩИЙ БАНЖАР
m_tsyganov: В общем-то, это должно было быть продолжение серии "Десять голосов за то, чтобы лететь на Бали" (ИНДЕКС). Но духовно богатая (а потому - внутренне противоречивая) tasmania_gal коварно смешала мух с котлетами, отобразив балийскую жизнь во всей ее противоречивости (Текст ниже - отрывок из книги "Дашка и Д"):
- Даша! – продвинутая балийка Кадек Ваюни изобразила радость и чмокнула Дашку в щеку (Юни побывала замужем за американцем китайского происхождения. Джим был старше лет на двадцать пять и за период брака привил Юни хорошие манеры).
- Конечно, мы комнаты сдаем, для тебя всего пятьсот тысяч в неделю. Ты посмотри, если она тебе понравится - ок. Не понравится, тоже ок.
Дашка поднялась на второй этаж одной из построек большой китайско-балийской территории, отгороженной от соседей высоким забором с колючей проволокой и битым стеклом.


Территорию в скором будущем ждал передел, поскольку Юни нашла себе второго мужа, серба.
- Даша, если тебе интересно, я тебя приглашаю на свадьбу. Будет по балийской традиции.

 

- Только это не настоящая свадьба, - добавила Юни, понижая голос. – Мы с Джимом тоже не женились по-настоящему. Официально не расписывались. Иначе пришлось бы делить имущество и прочей фигней заниматься.


- Бица! Иди сюда! Я вас познакомлю.
Бица подошел и голосом строгого пионера-отличника поздоровался. По-английски он говорил плохо, бахасу пока не выучил; любви это не мешало, но утверждению статуса нового хозяина на старой территории не способствовало. Бица ходил в саронге, складывал руки лотосом, говорил «сламАт пАги» и копировал Юнину интонацию, если нужно было отдать распоряжение слугам.
С бывшим мужем своей будущей жены Бица старался быть вежливым, предлагал ему бутерброды за завтраком, от которых тот невежливо отказывался, поскольку позиций главы семьи сдавать так просто не собирался. Джим все еще называл бывшую жену «monkey», по привычке флиртовал со служанками, но гостей собирал все реже и реже и планировал переселиться на маленький островок Гили Геде [m_tsyganov: что в переводе означает "Большой остров" :-)] в одноместное бунгало на конце длинного пирса.
- Надо же, как быстро все изменилось, - подумала Дашка. – Еще в январе здесь было интересно. Какие люди жили…

В январе жильцами числились секс-обворожительный иранец, со второго этажа роскошной комнаты которого каждое утро спускалась новая девушка. …Майя, престарелая хиппи из Германии. …И русская пара странствующих художников, которым Бали обрыдл, но со своей земли не отпускал, денег зарабатывать не давал и грозил творческим кризисом, если не появится добрая душа, способная дать ребятам денег и хороший пинок подальше от хандры и затягивающей балийской псевдотворческой атмосферы.
К вечеру подтягивались Хенрик, бывший бой-френд Юни. …Широкоплечая и крепко сбитая девушка с острова Калимантан в неизменном красном топе. …Творческие и околотворческие друзья Джима. …Учительница рисования из Голландии. И Дашка.
Джим заказывал еду из ресторана и балагурил. Юни меняла наряды. Майя ругалась с иранцем. Иранец наставлял на истинный сексуальный путь молодых туристок. Хенрик любопытствовал и налегал на еду. Девушка с Калимантана хихикала. Учительница расспрашивала Дашку о Восточном Тиморе. Художники угощали борщом и жареной картошкой.


Не прошло и полгода, и в хоромы иранца переселилась Юни с Бицей, комнату художников переоборудовали под жилье для 11-летней дочки Юни Джессики, а в бунгало Майи въехал недалекий и неталантливый австралийский сёрфер-видеооператор, прошлое которого было отмечено пристрастием к чудесной траве под названием марихуана. Сёрфер был еще молод и надеялся на лучшее. Таких как он быстро брали под уздцы проворные балийские девочки, делая из них честных мужчин под свои запросы. Девочка сёрфера приехала с Явы, в ней сочетались манеры завуча начальной школы [m_tsyganov: Гы! И, наверняка, интонации… Яванку легко узнать по интонациям завуча в школе для дебилов :-) Это они не со зла - просто язык такой…] и умение красиво одеваться. Для возрождения сёрферу ровно это было нужно.

Юни попыталась продолжить традицию ужинов, пригласив друга Бицы, сёрфера с девушкой, своего брата с невестой, Бицу, Джессику, Дашку и внезапно приехавшую из Убуда сорокалетнюю журналистку из Малайзии с некрасивым для русского уха именем Азлина.
- Ах, - радостно вздохнула Юни. – У нас все по парам. Ну, почти…
(В n-ной серии «Секса в большом городе» Миранде пришлось притвориться лесбиянкой, чтобы вместе с «подругой» получить приглашение на ужин домой к начальнику. Юни притворилась, что за ее столом не было одиноких девушек).
- Мой брат скоро женится, - сказала она. – И Шон скоро женится. А друга Бицы мы поженим на Джессике.
Друг как-то не согласился, посмотрел на Дашку призывно и сказал:
- Она мне как сестра.
Других тем для разговора Юни не нашла.
- Угощайтесь, - предложила она, потянувшись первой за куриными сатэ. - Здесь каждый что-то приготовил.
Девушка Шона сделала салат. Салат состоял из крупно порезанной вареной моркови, яичных белков, белесых огурцов без кожуры, помидоров и листьев чего-то там зеленого. Съедобным можно было назвать сатэ и курицу тушеную с картошкой, которую приготовил Бица. По части индонезийских кулинарных способностей молодой муж пребывал в расстройстве. Не один раз Дашка заставала его на кухне, вопрошавшего шепотом:
- Милая, а где мясо?
Бице на обед могли предложить смесь из риса, овощей, картошки и остатков курицы, пережаренных в воке на растительном масле и политых густым соевым соусом для вкуса и запаха. Хорошо, поблизости были рестораны.
Юни разыгрывала из себя богатую землевладелицу и бизнес-леди. Бица спесь немного сбивал, в его присутствии Юни сбрасывала лет десять и становилась иной – немного застенчивой улыбающейся девчонкой. Бица старался, но не все в Юни поддавалось. Она была жительницей своего острова, дочкой своих родителей, вынужденная вести балийский уклад жизни и мириться с непримиримыми для нее особенностями этого уклада, стоило заговорить о которых, как Юни менялась в лице и начинала ругаться и жаловаться.

Бракосочетание по-балийски было одной из болевых точек. Юни с ходу занимала оборонительную позицию, брала в руки первую попавшуюся вещь потяжелее и начинала возмущаться:
- Они называют это свадьбой? Я, конечно, не против. Только вранье все это. Женит священник, женщина получает на руки ребенка, а мужчина уезжает и женится во второй раз. Нет, раз начали говорить, давай у Ма спросим. Ма! Мужчина может после свадьбы жениться во второй раз.
Ма что-то ответила.


- Вот видишь? Они едут на Яву, находят себе вторую жену, которая о первой даже не подозревает. Делают ей ребенка и опять сматываются. Священники этому потворствуют. Вполне могут во второй раз поженить, даже зная, что товарищ не разведенный. Лишь бы деньги платили. Разве это не вранье? И после этого мой брат будет обвинять меня за развод с Джимом? Говорить, раз поженились, надо быть вместе до конца? Даша! Женщина на Бали существо настолько бесправное, ты даже представить себе не можешь.

Дашка поинтересовалась, почему женщина не может найти себе второго мужа при живом, но бросившем ее первом.
- Да потому что ее все осуждать будут. Разговаривать с ней не будут. Работы она не найдет, у нас чтобы на работу устроится, нужно связи иметь. Какие у нее связи, если она никто. Из банжара ее выпишут.
- Откуда?
- Из банжара. Ой, Даша, это отдельная история.

ИНДЕКС последующих:
Всемогущий банжар во всей красе
Имена, пещеры и магия
Балийский икат
Балийский грех

Легианские полезности
Tags: bali, нас-радует
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments